- Насчет ноги, сударь, не беспокойтесь, пустяки, я уже затянул брешь в вашем эфирном поле. Теперь осталось только наложить бальзам на рану. И спать, спать. К завтраку, - он запнулся, глянул на часы и мотнул своей львиной головой, - вернее, к обеду, думаю, все пройдет. Как ни крути, a Spiritus dominat Formam<Дух преобладает над формой (лат.).>.

В рыкающем голосе его сквозила вежливая досада - ну вот, подкинули подарочек на ночь глядя. Лечи его, не спи, а потом тащи еще за тридевять земель, с опасностью для жизни. Это какой-то монстр, витязь в тигровой шкуре. И ведь никуда не денешься, приказ начальника - закон для подчиненного. Ох уж эта, блин, Hierarchia Oculte...

- Мерси. - Буров вдруг почувствовал, что нога и впрямь прошла, благодарно раскланялся и не удержался, спросил: - Скажите, граф, а вот этот прислужник ваш, эфиоп... Мне кажется, что я его уже раньше видел. В другом качестве... И в иной обстановке. Истово размешивающим клокочущее варево у старой одноглазой колдуньи.

- Да нет, думаю, что не его, другого гомункулуса<Искусственный человек (ср. - лат.). Общепризнанным мастером создания оных в Средние века считался Парацельс.>. - Калиостро, всхлипывая, зевнул, хмуро воззрился на Бурова. Их в свое время наплодил во множестве для царя Хор-Аха<Мина (3980-3944 до н. э.), он же Хор-Ax, он же Повелитель Скорпионов, - основатель первой династии фараонов. Внук додинастического царя Нармера, объдинившего Верхний и Нижний Египет в единое государство.> волшебник Гернухор. Всех, всех на одно лицо, по своему образу и подобию, а был он совершеннейший эфиоп. Слава Богу, что не пражский иудей<Имеется в виду ученый раввин Иегуда Лев бен Безелел, живший в Праге в XVI веке, который создал искусственного человека Голема. Тот работал по хозяйству, когда ему вкладывали в рот шем - шарик с магическими формулами. Дело кончилось нехорошо: Голем вышел из-под контроля, разбушевался и устроил еврейский погром.>. Гм... Значит, эфиоп... Гм... Вы, сударь, кстати, подали мне занимательную мысль. Гм... Интересно, чертовски интересно... Впрочем, ладно, пора нам и на покой. Приятно было, сударь.



10 из 295